500 лет назад Мартин Лютер запустил процесс обновления Европы, прибив к дверям церкви в Виттенберге свои «95 тезисов». Экономист Дмитрий Травин, научный руководитель Центра исследования модернизации Европейского университета в Санкт-Петербурге, рассказал корреспонденту «Новой газеты» о роли Реформации в становлении современного мира и экономики. Интерес нынешнего исследования Травина связан с историей модернизации, местом в ней нашей страны и объяснением сложного модернизационного пути России.
Дмитрий Травин
***
В своем докладе о Реформации вы описываете религиозные явления на экономическом языке: вероисповедание — это предмет первой необходимости, который циркулирует на рынке спасения души. Зачем нужен этот прием, ведь человек того времени смотрел на мир совершенно иначе?
Я использую язык современной науки. Человек эпохи Реформации, конечно, обо всем думал в других категориях, в том числе и о религии. Мы иногда сильно недооцениваем значение религиозных вопросов для Средневековья и начала Нового времени. Различия эпох, конечно, все понимают, но нам кажется, что в целом люди были озабочены теми же проблемами, что и сегодня, просто у них не было холодильников и телевизоров. На самом деле иерархия потребностей была совершенно другой. Скажем, важные для нас экономические проблемы или проблемы свободы и достоинства тогда находились не на первом месте по сравнению с делом спасения души: продолжительность жизни была довольно короткой, в среднем немногим более 30 лет, и загробный мир был для значительной части населения важнее, чем земной.
В Покрово-Успенском храме в Малом Гавриковом переулке Москвы состоялся благодарственный молебен
